кайндхарт
in you!
еще мы с Насти смотрим Шеймлесс дальше, теперь уже (с нового сезона) делаем ето тугезе :heart:
меня немного диссонансит потому что когда мы обычно смотрим вместе фильмы мы ржем орем и стебемся, а тут сук
ТУТ
СУК
ВСЕ ОЧЕНЬ ПЛОХО


спойлерить не буду, но если кто вдруг хочет чето обсудить и вместе побомбить - го в каменты! :what:

а мы как обычно горели
несколько масюсеньких плотбанников/хэдканонов и текстичек
и еще что-то
фанкаст на фем!версии, например :alles:

ИТАК

я описала ето так:
> МОЖЕТ БЫТЬ ЭТО ПОЛНОЧЬ В ПАРИЖЕ!АУ!ГАЛЛАВИЧ, А МОЖЕТ БЫТЬ ПРОСТО ЧТО-ТО ГОДОВ ЭДАК ИЗ 20-30-Я-НЕ-ОЧЕНЬ-СЕКУ-В-ИСТОРИИ?????
<...>
какая-то прям ТВОРЧЕСКИЕ ПИПЛЫ АУ. Иэн так и просится в какие-нибудь тонкие материи, хотя это и не совсем канонично. Микки старше, он бухач, бездомный и абсолютно неромантичный. for some reason they get together. Иэн начинает подбивать клинья, потому что он может и потому что в его богеме такое не возбраняется. Микки в ужасе, но все мы знаем, чем это заканчивается. идк.......




Cкачать VLNY Ты только останься бесплатно на pleer.com

а потом мы сделали себе женский каст
ф!Иэна назвали Илзе и ф!Микки сделали Микаэлой
но они такие ня
а мы просто охуели с того
каким будет плот твист насчет русской проститутки (добрый день, я хастлер Сергей), если Мик будет леди
._____________________________________________________________________." NO
еще вот есть песян
Микки выходит замуж за Сергея потому что чайльду нужен официальный батя или по любой другой эквивалентно ебанутой ситуации причине
Илзе приходит на церемонию
вэлл зэр гоуз май герл инту зэ чапел
нау щиз вокин даун зэ айлс энд ит филс джаст лайк э майл
энд ай шейк шейк шейк лайк э лиф
ю но
Ю ФИЛИН МИ :weep3:


Download We Are Augustines Chapel Song for free from pleer.com

и еще коллажик

с фуллфем кастом
потому что "Газолин" и "Калорс" Холзи как-то дали мне в кокоро...............................................

и текстик

________________________________

В день, когда его выпустили, они с Иэном подрались. Драку инициировал Микки: он не мог иначе выразить то, что чувствовал, но старался лупить Иэна в такт зацикленно играющей в голове строчке "на прошлое Рождество я подарил тебе свое сердце, но на следующий же день ты выбросил его прочь". Иэн песни не узнал. Может, он понял все и так, но отбивался в полную силу и даже на какое-то время лишил Микки слуха, вдарив ему по голове. Позже дошло до того, что Микки искал на ютубе аутотренинги "Как говорить о своих чувствах", потому что этот злостный жук-короед сидел у него на стволе трахеи и грыз, грыз, грыз. В аутотренингах - точнее, в тех их версиях, которые были бесплатными, - было девяносто восемь процентов воды и два процента заверений в том, что к концу полугодовой программы тренировок зритель сможет сказать кому угодно обо всем, что чувствует. Полгода для Микки было очень много. Казалось, что даже больше, чем четыре итоговых года в тюрьме. Тогда он понял, что придется читать, и полез в гугл.
Гугл оказался толковее и понятнее. Микки даже загорелся идеей о том, что у него все получится, но когда дошло до дела, он обосрался. Он сказал:
- Иэн, чувак, ты знаешь, мне было...
Иэн посмотрел на него с искренним, живым, юрким любопытством. Качнулся хохолок отросших волос. Потом качнулся и сам Иэн, боднул Микки лбом в висок и коснулся его скулы таким легким непринужденным поцелуем, что у Микки все внутри вздрогнуло. Они стояли на темнеющей стоянке за "Кей-мартом", прислонясь бедрами к багажнику машины. Ждали, пока Светлана довоюет за новую порцию детской одежды для одурительно быстро вырастающего Евгения.
Микки благодарил небеса за Иэновы маниакальные фазы.
Они были в тысячу раз лучше депрессивных.
- Да? - спросил Иэн, и Микки был уже готов выдать: "...мне было очень херово, когда ты меня кинул в тот момент, когда я пытался о тебе заботиться. Мне было больно".
Это не имело практической ценности, так как не изменило бы ни единой детали в том, что уже прошло, но, может быть, ебаный жук бы наконец свалился и позволил Микки нормально дышать. Особенно когда кто-то включал на Рождество этого чертова пидора, Джорджа Майкла.
Сказать то, что хотелось, Микки не смог. Тренинги не предупредили его о горловом спазме. Он повторил про себя слово "больно", но понял, что в глазах уже щиплет, и если слово вырвется наружу вслух, то он еще и прослезится. Плакать от жалости к себе было бы, пожалуй, самым ебаным, что только могло существовать в жизни Микки Милковича. Плакать от расставания, потому что не хочешь отпускать такого особенного человека - куда ни шло. Самое лучшее - плакать от злости. К жалости по отношению к самому себе Микки не был готов.
- ...мне было блядски холодно ночью, - договорил Микки. - Закрывай ебаное окно, лады? Или ложись на мое место.
Иэн сморгнул, потом лучезарно улыбнулся. Что-то внутри Микки испустило пронзительный вопль, связанный с мыслями о том, как хуево было бы жить без Иэна. Хоть свой аутотренинг записывай.
- Без проблем, - приподнятым голосом сказал Иэн. - Сегодня закрою!
Микки знал, что он забудет закрыть, но это уже не было самым важным.

Были моменты, когда Иэн и сам близко подбирался к переосмыслению того, что между ними случилось. Особенно часто это случалось в его депрессивную фазу. Или в короткий промежуток между двумя доступными фазами, когда он был сильнее всего похож на Иэна-подростка - такого, каким Микки его впервые хорошо узнал.
Иэн не заговаривал об этом и не приносил извинений. Даже не лез обниматься или тискаться. Просто подолгу ходил за Микки хвостом и странно заглядывал в глаза, и Микки тоже не ощущал в себе сил наконец-то расставить все точки над "ё".

Иногда все было плохо.
Иногда - очень хорошо.
Микки концентрировался на том, что, по крайней мере, они пытаются ползти через это вместе.

После Рождества (очередного, блядь, и из каждой кафешки, блядь, играет, блядь, сраное "Ласт", мать его, "Кристмас", ебаный твой рот) у Галлагеров остается немного картошки, которая стоит всю ночь недалеко от портативного радиатора и к утру странно пахнет. Недолго думая, Фиона разогревает сковороду с маслом и выжаривает остатки картошки до состояния коричневатых корочек.
- Снова съедобно! - говорит она и улыбается Микки дежурной улыбкой, после чего убегает умываться. Картошку никто не ест, так что Микки сжирает все сам, обильно залив подозрительно жидким кетчупом без этикетки.

Когда сверху спускается Иэн, он говорит:
- Я думал, тут картошку жарили. Чего иначе так пахнет?
- Ну да, - говорит Микки и утирает жирные губы тыльной стороной ладони. - Жарили. Вот то, что от нее осталось, - и кивает на свою пустую тарелку в подтеках водянистого кетчупа.
Иэн слегка тормозит.
- О, - говорит он, - я тоже хотел.

Любому другому человеку Микки ответил бы: охуеть теперь, ебантяй, что-то я не видел там ни подписи, ни клейма, так что даже не продолжай.
Иэну Микки говорит:
- Ну бля, звиняй. Могу тебе еще пожарить, если у вас, типа, сырая есть. Только чистить не буду. Но могу помыть.

Дело не в том, что Иэн нуждается в заботе, опеке и прочей хурме из-за своей биполярки. Дело в том, что Микки сделал свой выбор, когда пришел в дом Галлагеров после выписки Иэна из психушки. И еще до этого он сделал свой выбор, когда вывалился из шкафа прямо отцу под ноги. И еще он сделал свой выбор, когда отправился искать Иэна в ебаную "Ласточку". Он выбирал Иэна тысячу раз и выберет еще столько же. Хуй там знает, как так получилось и почему Иэн, когда Микки шарахался от него, сделал десять шагов вперед - и Микки нахуй запал. А потом Иэн побежал обратно с такой скоростью, что Микки теряет нервные клетки только от одной этой погони. Микки думает о том, что будет о нем заботиться. Микки думает, что Иэн должен знать, на что пошел.
Иногда Микки чувствует себя очень отстраненным от Иэна.
Сегодня не тот день.

- Я сделаю сэндвич, - просто говорит Иэн и полуулыбается. - Так что спасибо, но не надо.

Он берет свои таблетки из буфета сам, без напоминаний.
Микки ужасно им гордится.

ТАКИЕ ДЕЛА
ГОРИМ

@темы: для кого-то, pg, мюзика, слэш, фанфикшн, фем, шмлсс